Урманская Любовь

Урманская Любовь 

Литератор-аматор

Тверь 

Урманская Любовь
Родилась в г. Мурманске. В 1993г. переехала вместе с семьёй в г. Ржев Тверской обл., где окончила школу и позже работала на одном из градообразущих предприятий. В 2004г. получила диплом ТГТУ по специальности «Бухгалтерский учёт, анализ и аудит».
 
Пишет стихи. Публиковалась в местной печати, а также в нескольких выпусках Ржевского литературно-исторического альманаха «Город над Волгой». С 2011 года живёт в Твери. Работает в сфере социологии.
 
Рисует карандашом.

Осень-вдова

Тихо плакало небо,
Ветер выл за окном,
И, с тоской и печалью,
Влилась осень в мой дом.

Дорогие наряды
Поснимала она.
“Мне, — сказала, — не надо
Злата и серебра.

Для себя я оставлю
Только гроздья рябин:
Горечь ягод напомнит —
Всё растает, как дым.”

Чёрный траур надела
И, совсем как вдова,
Песен больше не пела
На рассвете она.

Тихо плакало небо.
Ветер рвался к нам в дом.
Осень саван кроила
Из снежинок со льдом…

Ноябрь

Листья жёлтые берёзы
Украшают первый снег.
Скоро, скоро уж морозы,
Всё короче солнца бег.

К югу птицы улетели,
Тих рассвет, и с каждым днём
Ближе, ближе всё метели,
Блёкнут краски за окном.

Тёмна зелень, листья пали,
Лишь рябинушка красна.
За зимой уже послали
Быстроногого гонца.

Снег

Снег падает тихо, беззвучно.
Снежинки одна за другой
Ложатся в сугробы. Мне скучно.
Я быть не желаю одной.
 
Но падает снег безразлично.
Ему подставляя ладонь,
Я с каждой снежинкою лично
Знакомлюсь. Но словно огонь,
 
Ладонь моя их обжигает,
И тают, стекая водой,
Меня навсегда покидают
Снежинки одна за другой.

На балконе

Поле, подстанция, ЛЭП, дорога…

Едут машины: мало…, много…

Фары прокладывают путь

Как светлячки в ночи,

Только … им некогда отдохнуть:

Мчи по асфальту, мчи…

Словно большой муравейник

Город лежит вдали.

Тихо и холодно на балконе.

Просто, поговори…

В тёплую свою руку

Руку мою — возьми.

Сколько ещё осталось

Мне на твоём пути?

Тридцать два года — мало? много?

Поле, подстанция, ЛЭП, дорога…

Случай с воробьём

Погасли краски, радужное лето
Осталось только в памяти моей.
А за окном на чёрно-белой ветке
Дрожит замёрзший бедный воробей.

«Тебе ль не знать, крещенские морозы
Не пощадят голодных в эти дни.
Святой водой грехи омоют, может,
Но не зажгут для страждущих огни.

Не греет солнце, но мороз крепчает
Значительно с приходом темноты.
И коль уж каждый сам себя спасает,
То радуйся тому, что можешь ты…», –

Окно открыв, зову я гостя в кухню.
Муж молча пальцем крутит у виска…
Вдруг, воробей, собравшись, видно, с духом
Взлетел… и зачирикал у окна!

Ещё мгновенье – стаи птичий гомон
Ворвался в дом: под потолком кружа,
Не веря счастью тёплому, земному,
Летали птицы, меж собой дружа.

Когда-нибудь и люди также смогут
Горой стоять за каждого птенца,
И не терять надежду, что помогут,
Идти на всё, до самого конца.

Праздник Солнца

В детстве я каждое лето проводила в средней полосе, а зиму — за полярным кругом. А потому, даже в младших классах, была совершенно уверена, что холод — от отсутствия солнечного света, а «мороз и солнце» — вещи, совместимые разве что в стихах поэта, ведь в жизни, когда светит солнце, сильных морозов не бывает. Каково же было моё удивление, когда я с мамой навестила бабушку, проживающую в Тверской области, зимой…

Дед встречал нас на санях, запряжённых колхозной лошадёнкой. Сидя на охапке душистого сена, в заботливо надетых на меня вторых валенках и закутанная по самые глаза в пуховый платок, я с наслаждением слушала, как скрипит под полозьями глубокий снег, и периодически растирала рукавицей замерзающее лицо. А сверху вдохновенно светило солнце! Щедро, ярко, играя и искрясь в каждом сугробе! Это был праздник, настоящий праздник Солнца. Каждая снежинка купалась в солнечных лучах, переливаясь всеми цветами радуги. Снежные покровы сверкали, как драгоценные камни. Свежий морозный воздух был  необычайно чист и прозрачен, а небо поражало своей яркой голубизной. Никогда раньше я такого не видела! Мне казалось, вот-вот станет тепло и всё растает от солнечного света.

Совсем другим запомнился мне праздник Солнца на Севере. Родной город мой, Мурманск, располагается на сопках. Почти два долгих зимних месяца над ним висят тусклые сумерки: чуть более светлые — днём, темнее — ночью. И вот, однажды, проезжая на троллейбусе по вершине очередной сопки, я увидела Солнце, едва выглянувшее из-за горизонта. Это было событие! Об этом нельзя было промолчать! Едва дождавшись прихода родителей с работы, я начала радостно тараторить о том, как видела СОЛНЦЕ.

А ещё через несколько дней уже из окна нашей квартиры можно было наблюдать, как солнечный свет озаряет стоящую напротив многоэтажку.  Сперва — только девятый этаж. На следующий день — чуть ниже, по восьмой. Потом — включая и седьмой. Каждый день солнце освещало на один этаж больше, и каждый день я считала, сколько этажей до моего, второго. И все эти дни мне так хотелось жить под самой крышей!

Наконец, солнечные лучи заглянули и в моё окошко, а ещё через день тёплым ласковым светом можно было насаждаться, просто гуляя по улице. И это было тоже праздником, праздником Солнца.

А ведь здесь, в средней полосе, многие, наверное, и не знают, что на Севере такой праздник действительно существует. Правда, официально он называется несколько иначе — «Здравствуй, Солнце!». Мурманчане отмечают его в середине января, когда впервые после нескончаемых серых дней всего на несколько минут над горизонтом появляется солнышко. Вот уж, действительно, только для того, чтобы с ним поздоровались! А потому, хоть и отмечают его северяне, но совсем не так, как в конце марта, когда с наступлением по-настоящему солнечных дней приходит «Праздник Севера».

В этот день родители кутали меня в тёплую одежду, и мы все вместе отправлялись в долину. Там для соревнований уже была приготовлена лыжня, и не одна. Некоторые заканчивались высокими трамплинами, что производило на меня особое впечатление. Всюду играла музыка, но «изюминкой» праздника были гонки на оленьих упряжках. Они и собирали обычно больше всего зрителей, и, конечно, детей. Упряжки с северными оленями пригоняли в город в основном коренные жители края — лопари (саамы). Для выступления многие спортсмены-оленеводы надевали необычного кроя шубы с широким капюшоном и унты (особую обувь из оленьих шкур). Мужчины, сидя на санях, а некоторые даже стоя на лыжах, по очереди резво проходили круг за кругом, погоняя свои упряжки окриками и длинным шестом (хореем). Затем соревновались женщины. Олени, как правило, слушались их хуже, часто съезжали с трассы, останавливались, а порой даже ехали в обратную сторону. И всё-таки с заданиями участницы обычно справлялись. Было весело и интересно. А ещё можно было попросить разрешения сфотографироваться с оленями и даже погладить их по жёсткому меху, почувствовать исходящее тепло.

Одна такая фотография лежит и в моём альбоме. Прошло уже много лет, я давно привыкла к солнечным зимам и разучилась так искренне восторгаться солнцем. Но, глядя на этот снимок, я иногда вспоминаю, что когда-то в моей жизни всё же был такой праздник — праздник Солнца.

Поделиться страницей